Каждому возрасту своя сказка

Именно из сказки
ребёнок получает представления о том, что
такое Добро и Зло, Правда и Ложь, Верность и
Предательство. Шаг за шагом, от первых
незатейливых историй про зайчиков и
Колобков, через магию волшебных сказок
малыш приходит к пониманию того, насколько
богат окружающий мир и сложны отношения
между людьми, его населяющими. А наша с вами
задача помочь ребёнку одолеть сказочную
науку, выбирая истории, в которых он
нуждается больше всего.

Колобок
и Теремок

Выбор сказки,
наиболее соответствующей уровню развития
ребёнка, дело гораздо более серьёзное, чем
может показаться на первый взгляд. Сказка
мощнейшее воспитательное средство, и
применяться должно с умом, она как
сильнодействующее лекарство: может помочь,
а может и навредить. Нашим прабабушкам в
этом смысле приходилось легче: в их воспитательном
арсенале имелся проверенный веками
запас сказочных историй. Современные
родители порпой теряются в мире детских
книг тут тебе и оригинальные народные
сказки, и всевозможные обработки и
адаптации, и авторские истории. Как выбрать
подходящую?

Знаю по
собственному опыту покупая книги своим
детям, иногда клюёшь на красочную
обложку, а, открыв, обнаруживаешь внутри
вместо старой доброй сказки какую-нибудь
полуграмотную переделку и понимаешь
интуитивно ЭТО детям читать нельзя.
Единственный выход поднапрячь память и
рассказать малышу правильный
вариант, ориентируясь исключительно на
картинки. А иногда бывает и так: читаешь
ребёнку великолепную, на взгляд взрослого,
историю (например, Алису в Стране чудес),
и видишь он её категорически не
всопринимает и требует в сто пятьдесят
восьмой раз рассказать нехитрую сказочку о
Колобке. Потому что сейчас она ему нужнее и
интереснее.

Родительский опыт
дело, конечно, хорошее. Но неплохо было бы
подвести под него и теоретическую базу.
Поэтому я обложилась трудами серьёзных
исследователей влияния сказок на развитие
детей от известного датского
психоаналитика Бруно Беттельгейма до мэтра
и признанного теоретика десткой литературы
Корнея Чуковского и принялась искать
ответ какие сказки подходят ребёнку
определённого возраста.

Итак, начнём с
малышей. Самое лучшее, что вы можете
предложить ребёнку до 5 лет народные
бытовые сказки, в которых главными
действующими лицами являются животные.
Сложные истории со взрослыми героями ещё
мало понятны малышу, а про зверей именно то,
что больше подходит его восприятию. В этом
возрасте детскому мышлению свойственно
наделять животных и даже неодушевлённые
предметы человеческими характерами.
Поэтому сказки о Хитрой Лисе, Колобке и
зверушках, поселившихся в теремке,
воспринимаются детьми совершенно
естественно. Образный язык сказок, их
простой сюжет доходчиво, на доступном
уровне даёт первые уроки жизни.

Вы, наверное,
обращали внимание на то, что маленькие дети
порой влюбляются в какую-то одну
сказку и просят постоянно рассказывать
только её? Более того требуют от родителей,
чтобы рассказывали её всё время одними и
теми же словами, не допуская малейших
отклонений не то что в сюжете в интонациях
рассказчика. Мой младший ребёнок, например,
года два мучил меня по вечерам сказочкой
про Машеньку и Медведя. И не дай Бог сказать,
что Машенька пообещала Медведю залезть не
на самый высокий дуб, а, к примеру, на сосну!
Такой детский консерватизм тоже
естественнен. Раз за разом, погружаясь в
знакомый и уютный мир волшебной истории,
ребёнок должен быть абсолютно уверен в том,
что и в этот раз всё закончится хорошо.
Поэтому любые вариации сюжета стиля
рассказа воспринимаются малньким
слушателем как сигнал опасности: а вдруг на
этот раз что-то пойдёт не так?

Сказки
оригинальные и порченые

Способность
фантазировать появляется у малыша не вдруг
она разивается постепенно, начиная
примерно с двух лет. Годам
к пяти маленький фантазёр уже созрел для
восприятия сказок со сложными сюжетами. Но
и с их выбором нужно быть особенно
осторожными по нескольким причинам.

Бруно
Беттельгейм, которого можно назвать
основоположником метода сказкотерапии (лечения
психологических проблем при помощи сказок),
считал, что самый лучший вариант для
ребёнка это оригинальная народная сказка,
в которой заключены самые важные для
развития человека образы и модели
поведения. Вместе с которой ребёнок
получает, без преувеличения, тысячелетний
опыт своих предков.

Авторские сказки (даже
самые замечательные) отражают не опыт
поколений, а всего лишь опыт (а вместе с ним
и психологические проблемы, и комплексы)
конкретного автора. К тому же в них детали
реальной жизни смешаны с фантастическими в
совершенно произвольной пропорции. Эта
смесь реальности и фантастики может
дезориентировать ребёнка в мире и даже
нанести ему серьёзную психическую травму. (Напомню,что
речь идёт о маленьких детях дошкольниках и
младших школьниках). Когда я была маленькой,
на собственной шкуре узнала, что такое
психическая травма, нанесённая сказкой.
Года в четыре я смотрела по телевизору
прекрасный фильм по пьесе Островского Снегурочка.
В моей детской голове было совершенно
твёрдое убеждение по поводу того, каков
должен быть финал. И вдруг главная героиня
сначала влюбляется не в того парня,
а потом и вовсе погибает! А герой, не
выдержав горя, вслед за неё топится! Дело
закончилось обмороком и визитом к детскому
психиатру, который прописал валерьянку на
ночь и, как главврач Маргулис из песенки
Высоцкого, телевизор запретил.

Но даже при выборе
старой, доброй, проверенной веками народной
сказки родителей может подстерегать
серьёзная опасность: вместо оригинальной
истории книгоиздатели могут подсунуть им
адаптированный вариант. Психолог из Санкт-Петербурга
Андрей Гнездилов, который много лет
занимается сказкотерапией, в одной из
статей назвал такие адаптированные сказки
порчеными. И вот почему.

Волшебную сказку
можно условно разделить на семь этапов.
Первый рождение героя. Второй этап уход
из дома в поисках своего предназначения.
Третий выбор пути и целей. На четвёртом
этапе герой встречается со злом и побеждает
его. И на этом история заканчивается! А
между тем вспомните, как дальше должен
развиваться сюжет оригинальной народной
сказки? Возьмём для примера историю про
Ивана-царевича и молодильные яблоки. Герой
добывает яблоки, возвращается домой с
победой и его убивают родные братья. Итак,
пятый (и необходимый) этап развития сюжета
предательство. Причём предательство самых
близких людей. Шестой этап герорй
возвращается к жизни и приезжает домой, где
его никто не ждёт и где ему заново
приходится восстанавливать справедливость.
И только после этого наступает седьмой,
заключительный этап счастливый финал.
Герой победил не только внешнее зло, но и
доказал свою внутреннюю целостность и
зрелость.

Взмахнул
топором и отрубил руки!

Почему издатели
адаптируют народные сказки? Из самых благих
побуждений. Случается, что даже взрослых
людей пугают некоторые жестокие и кровавые
подробности, встречающиеся в фольклоре.
Помню, как возмущалась одна моя коллега по
поводу сказки, вычитанной в хрестоматии для
первоклашек: Представляешь, муж
приказал жене положить руки на пенёк,
взмахнул топором и отрубил ей обе руки! А
жена, плача, побрела без рук в тёмный лес!
Ужас!!!

А действительно,
нужно ли ребёнку рассказывать такие страхи?
По этому поводу, между прочим,существуют
совершенно противоположные мнения.
Например, детский психолог Татьяна Шишова
считает: Народные сказки, в том числе и
русские, должны быть литературно
обработаны, причём именно для детей,
поскольку в оригинальном варианте слишком
много жестокости.

Но есть и другая
точка зрения первобытная жестокость
сказок, страшные, пугающие образы помогают
ребёнку справиться со своими внутренними
проблемами. Сказочные чудовища не что иное,
как фантастическое отражение реальных
детских страхов. А победа храброго героя
над страшным драконом или злобной ведьмой
помогает малышу справиться со своими
страхами. Если же искусственно изолировать
ребёнка от ужасов, это приведёт к обратному
результату. Детские страхи никуда не
денутся, но победить их ребёнку будет
гораздо сложнее. Мне даже доводилось читать
о подобных примерах когда родители
намеренно исключали из сказок все жестокие
эпизоды, и врезультате у детей начинались
нервные срывы да такие, что приходилось
обращаться за помощью к профессиональным
психологам.

Откуда же берутся
жестокие и кровавые детали в сказках?
Исследователи фольклора считают, что она
связана с древними обрядами инициации. В
архаических культурах переход от ребёнка к
взрослому виделся как символическая смерть
ребёнка и возрождение его к жизни уже в
новом качестве. Смерть-то была
символической, но сам обряд был довольно
жестоким подростки порой подвергались
серьёзным истязаниям: и физическим, и
психологическим. Только пройдя через все
испытания, они считались полноценными
членами общества. Эта жестокость и получила
своё отражение в народных сказках.

О
Золушке, Рапунцель и Русалочке

Одолев
премудрости народных сказок и подойдя
вплотную к порогу взросления (годам к 10-12),
ребёнок уже готов к тому, чтобы в полной
мере насладиться волшебством сказки
литературной, авторской. Когда говоришь об
авторской сказке, на ум приходят отцы-основатели,
три кита: братья Гримм, Андерсен и
Перро.

Литературная
сказка выросла из народной и осталась
непрерывно связанной с ней. Поэтому
начинать знакомство с авторской лучше всё-таки
с тех её образцов, которые в большем объме
сохранили в себе фольклорные черты. Самый
яркий и лучший образец сказки братьев
Гримм. Якоб и Вильгельм Гримм, немецкие
филологи, издали в начале XIX века сборники
Детские и семейные сказки и Немецки
предания, которые можно назвать просто
уникальными. С одной стороны, братья
собирали подлинные фольклорные истории и
скрупулёзно сохраняли их сюжет, образный
строй, все детали. Но с другой стороны, они
пересказывали великолепным и поэтическим
литературным языком.

Впрочем, братья
Гримм не были первыми, кто превратил
народную сказку в авторское произведение
за полтора десятка лет до выхода в свет их
сборников француз Шарль Перро издал Сказки
моей матушки Гусыни. Прошло больше двух
столетий а дети всего мира до сих пор
зачитываются историями о Золушке, Красной
Шапочке и Коте в сапогах.

А вот Ганс
Христиан Андерсен, пожалуй, дальше всех
отошёл от народной сказки за что ему порой
и достаётся от детских психологов. Одна из
претензий к Андерсену вот какая: маленькие
дети способны воспринимать истории, в
которых чётко обозначена
последовательность действий героев.
Поэтому многие сказки Андерсена, полные
поэтических отступлений от сюжета, просто
не могут восприниматься малышами. Вменяют
великому датчанину в вину и то, что
некоторые его истории способны
сформировать в ребёнке негативные
жизненные программы например, трагическая
сказка о Русалочке.

Возможно, так оно и
есть. Возможно, прелесть сказок Андерсена
действительно может в полной мере оценить
лишь взрослый. Его, скорее, можно назвать
поэтом, нежели сказочником. Но, помню, как
очаровывали меня в детстве эти истории. Для
меня они стали одним из первых шагов в мир
большой литературы.

Меч и
магия

Проходит время,
ребёнок превращается в подростка. Но значит
ли это, что пришло время расставаться со
сказкой? Нет, просто наступают времена для
других сказок. Они называются фэнтези.
Фантастические романы как нельзя лучше
соответствуют подростковому
мировосприятию. впрочем, почему только
подростковому? Статистические
исследования показывают, что больше
половины читателей фэнтези вполне
взрослые люди. Но, наверное, каждый из них
может сказать, что любовь к романам меча
и магии началась именно в то переходное
время от взрослого к ребёнку, когда с одной
стороны душа ещё требует сказки, но
взрослой.

Сказка и фэнтези
похожи, потому что выросли из одного корня и
подпитываются одними и теми же древними
образами. Правда, есть между ними одно
существенное различие. Если сюжетные ходы
волшебной сказки подчиняются жесткой схеме,
а Добро и Зло чётко разграничены, то в
романах жанра фэнтези развитие
сюжета зависит лишь от воли автора.
Персонажи, как правило, не делятся жестко на
хороших и плохих в общем, всё
как в жизни. Ну или как во взрослой
литературе. Если не считать фей, эльфов, а
также злобных гоблинов и коварных колдунов,
с которыми герой расправляется при помощи
волшебного меча.

Вот что говорил о
сказке один из корифеев фэнтези:

Мир волшебной
сказки необъятен, глубок и беспределен, его
населяют всевозможные звери и птицы; его
моря безбрежны и звёзды неисчислимы; его
красота зачаровывает, но опасность
подстерегает на каждом шагу; и он наполнен
радостью и печалью, которые острее меча.
Счастливцем может считать себя тот, кому
дано войти туда, но язык путешественника не
в силах описать всё богатство и
необъяснимость этой страны. И пока он там,
ему опасно задавать слишком много вопросов,
чтобы ворота не закрывались, и ключи от них
не были потеряны.

Эти замечательные
слова принадлежат Джону Толкиену, автору
эпопеи Властелин колец по сути,
дивной волшебной сказки, которая стала
классикой.

Оставьте комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *